Вышел в лес однажды человек,
С ружьем, с ножом -
За шкурою волчьей.
Оскал страшнее зверя,
Но не звери боялись его,
Слишком мелкая сошка был тот человек.

А волк с волчицею
Были в дали,
Шагов людских не слышали,
Не знали,
И чуяли лишь запах слабый,
Об осторожности забыли
И знали лишь друг-друга.
Зря забыли, сколько боли
Причинил им род людской,
Зря забыли, колько шкур
Сняли с их сестер и братьев люди.
И не помнили себя от счастья,
Когда рядом находились.

Море крови,
Море крови
Должно было в тот день пролиться.
Они не знали,
Мирно шли
Из-за деревьев выйдя -
В ловушку попали.

Он вышел, ухмыляясь,
В одной руке ружье,
И нож в другой -
Человек застал волков врасплох,
Они не поняли,
Что это было.
Но вдруг волк прыгнул прямо меред ней,
Закрыв от пули и ножа,
И пуля попала в него...
О древо стукнулся нож...
А волк с ослабевшим дыханьем упал,
Его уже не спасти....
И скорбным был мимолетный волчицы вой,
И безумие сверкнуло в глазах.
Не на того ты напал, человек!
Ибо отомстит волчица.

На перезаряд ушло время,
И ей вполне хватило того.
В лунном свете серебром клыки сверкнули,
Словно грянул гром раздался рык,
В глазах плясал огонь и жажда крови,
Человек не успевал
И страх в его глазах плескался.
В миллиметре от шеи сверкнули клыки,
И, повалив на землю человека -
Она рвала,
Рвала нещадно плоть,
И упивалась кровью,
Человек успел издать лишь стон не громкий,
Перед тем,
Как умереть.

Волчице было плохо,
И грустно на душе,
Она бы плакала,
Если б могла,
Если бы могла....

В ту ночь был долго слышен грустный волчий вой,
И плакали деревья,
Земля от крови стонала,
Волчица...
Она от потери страдала,
И хоть на клыках была кровь человека -
Той мести было мало.

И больше не будет той ласковой страсти,
Волчица забудет добро и любовь.
И теперь берегись,
Человек!